Наш Генштаб еще весной 1992-го по конфиденциальным каналам стал получать из Токио информацию, что там вновь обострился вопрос о возвращении «северных территорий». А в начале лета в Минобороны поступило распоряжение Президента России Бориса Ельцина разработать график вывода наших войск с Южных Курил...
СОВЕСТЬ НАПРОКАТ
азворачивалась мощная информационная операция по обеспечению успеха визита Ельцина в Японию уже осенью. В газетах, на ТВ все чаще появлялись статьи и репортажи, в которых открыто пропагандировалась японская принадлежность Курил.
- Я никак не пойму, как могут русские люди с такой яростью отстаивать интересы чужой страны, - сказал мне в те дни начальник Генштаба генерал-полковник Виктор Дубынин.
Я тоже не мог понять этой загадки.
ТАЙНАЯ МИССИЯ
В то время для редакций, где журналистам не платили месяцами зарплату, было недопустимой роскошью отправить корреспондентов на Курилы. Зато лояльные властям газеты без проблем посылали туда журналистов, и они выдавали статьи о том, что жители островов спят и видят, когда к ним придут японцы и превратят их «полускотскую» жизнь в человеческую.
Вот тогда и родилась идея нашей «спецоперации»… Шел август 1992-го. Мне было приказано прибыть к начальнику Генштаба. И Дубынин изложил суть поручения: собрать группу журналистов и на военно-транспортном самолете вылететь на Курилы.
Дубынин сказал, что некоторые редакции сами просят помочь добраться до Курил, чтобы сэкономить деньги.
- Непростое дело, - предупредил Виктор Петрович. - Надо действовать аккуратно. Эти журналисты шума наделают, президента и МИД раздраконят, а в конце статей малюсенькие такие приписочки: «Благодарим Генштаб за помощь». Представь, что будет?.. И отказать грех…
Дубынин подошел к карте.
- Ну кому мы угрожаем? Там у нас войск - кот наплакал, - вздохнул он. И добавил: - Надо побывать на всех островах, в гарнизонах. Показать настрой людей. Мне предстоит выступать в парламенте. Нужна информация прямо оттуда. И такая, будто я сам побывал на островах…
На прощание он протянул увесистую папку документов:
- Вооружайся. Будете лететь - изучите.
ТРАКТАТ ДУБЫНИНА
Сидя в самолете на снарядных ящиках, я глотал эти генштабовские документы:
«Анализ исторических фактов позволяет сделать вывод, что по праву первооткрытия, первоисследования и первозаселения острова Курильской гряды являются исконно русскими землями:
1711 год. Есаул Козыревский и атаман Анцыферов с отрядом казаков и промышленников первыми открыли острова Шумшу и Парамушир, расположенные вблизи Камчатки.
1713 год. Козыревский вновь ходил на эти острова и собрал сведения о большинстве Курильских островов, включая Итуруп, Кунашир, а также Двадцать Второй (Хоккайдо), говорил с коренными жителями - айнами - и убедился: японцы на эти острова не ходят.
1721 год. По указу Петра I на Курилах побывали геодезисты Евреинов и Лужин и составили первую карту островов.
1738 - 1739 годы. Экспедиция Шпанберга установила, что Курильские острова, кроме Матмай-острова (Хоккайдо), Японии неподвластны… Таким образом, русские открыли Курильские острова, составили их карты, основали зимовья и стоянки, привели местных жителей в подданство России…»
- Что интересного читаешь? - спросил меня полковник, возглавлявший группу от киностудии Минобороны.
Увидев заголовок на документе, попросил взглянуть. Он так и просидел час рядом на снарядных ящиках, забыв, что собрался покурить. И приговаривал: «Е-мое, оказывается…»
«…Лишь в конце XVIII века, на Южных Курилах высадились японцы, уничтожили русские кресты и поставили столб, означающий, что Итуруп - владение Японии. Но офицеры Хвостов и Давыдов вновь подняли на захваченных островах русские флаги…
…На стыке XVIII - XIX веков японцы, воспользовавшись отдаленностью русских владений на Курилах, начали попытки захвата островов. В 1805 году русский посол Резанов официально заявил японскому правительству, что земли к северу от Хоккайдо - русские…»
- Ну и детектив! - восхищались подходившие ко мне журналисты. - И выдумывать ничего не надо…
- Я ни хрена не пойму, - кричал мне в самое ухо штурман, - если есть такие документы, то чего тогда весь сыр-бор?
Наверное, у каждого поколения русских людей будут такие вопросы.
МЫ ПОД КОЛПАКОМ
…Я еще не знал, что вся наша затея уже «под колпаком»… Нашему борту, едва успевшему взлететь в Подмосковье, тут же приказали сесть в Рязани. Потом самолет сел в Саратове, в Забайкалье, в Хабаровске, где нам объявили, что полеты на Курилы отменены на «неопределенный срок». Мы плюнули на все и решили пробираться на гражданском самолете…
Тогда я не знал, что, несмотря на поручение начальника Генштаба, впереди нашей бригады по войскам пошла шифровка одного зама министра обороны об ограничении нам доступа в гарнизоны…
Вместо запланированных 12 - 15 часов наша группа добиралась до Курил 7 суток.
Первый военный, которого я встретил на островах, был начальник аэродрома отставной полковник Владимир Кузнецов, лет 20 отбарабанивший на островах. Жена тянула его на Большую землю, но Кузнецов наотрез отказался - прикипел. Тут какая-никакая квартира, а жилья на материке не было.
- Лучше на Курилах быть человеком, чем на материке бомжем, - сказал он журналистам, которые облепили его лицо диктофонами - дул ветрюган, аж в микрофонах свистело.
Кузнецов поселил нас в лучших номерах аэропортовской гостиницы, где дуло в каждую щель, бегали мыши и не было теплой воды. В тот же вечер мы познакомились с замом командира авиаполка ПВО, который переселил нас в военную гостиницу. Она после кузнецовской напоминала «Хилтон» - с горячей водой и газовой печкой.
«ВОТ ИМ КУРИЛЫ!»
Летчики, узнав о цели нашего приезда, валом валили в наши номера, чтобы выразить возмущение: разномастные русские и японские агитаторы уже достали их своими проповедями: «Надо уходить». Возмущение часто выражалось в ненормативной лексике, но для газетчиков это было самое то. Я еле успевал мотать кассеты - у начальника Генштаба будет прекрасный материал…
Авиаполк ПВО стоял на берегу Тихого океана, взлетка кончалась у воды. Там, на могиле погибшего майора, стоял стакан с водкой, накрытый четвертью засохшего хлеба…
Погода на Курилах постоянно вела войну с полком. Но этот наш полк был уникальным! Единственным, который взлетал и садился в любую погоду. Московские инспекторы хватались за сердце и отворачивались, когда очередной МиГ-23 взлетал и садился тут по тревоге. И этот полк хотели изгнать с островов?!
Я все больше убеждался, что идея возвратить острова Японии злит и нервирует здесь всех. Эти люди, радующиеся помидору и арбузу, словно малые дети, оторванные от Большой земли, тем не менее считали острова частью Родины и готовы были погибнуть за Курилы.
А фотокор «Правды» отыскала двухметрового солдата-вятича Вову, притащила на берег океана, нацелила объектив и спросила:
- Вова, как ты относишься к сдаче Курил японцам?
Вова думал недолго. Он поднял кулак-чайник и свернул из него огромную дулю:
- Вот им Курилы!
Щелк! Этот снимок вскоре увидел весь мир...
РЫБНЫЙ ЦЕХ СТРАНЫ
На пограничном катере мы шли на Шикотан. Командир катера Володя пригласил меня в рубку и дал бинокль:
- Полюбуйтесь, полковник, японскими браконьерами!
В голубой дымке, словно белые крысы, разбегались японские шхуны. Володя сказал, что японцы совсем обнаглели. Их гоняют из наших вод, но они снова лезут.
Мы побывали на рыбзаводах. И везде люди жаловались, что московские и сахалинские власти, высасывая из главного рыбного цеха страны - Южных Курил огромные доходы, не могут обеспечить его работникам человеческие условия.
- Мы же золото добываем - лосося, крабов! А живем как скоты, - говорили рыбообработчицы на Шикотане. Многие из них уже лет по 30 вкалывают здесь, стоя по колено в соленой воде. Раньше хоть могли съездить в отпуск на Большую землю. Сейчас - нет. Где взять такие деньги? А на заводском плакате - надпись: «Мы выпускаем каждую вторую банку красной икры в России!»
«ГРЕБИ ОТСЮДА»
…По вечерам в гостинице я продолжал читать «трактат» генерала Дубынина:
«Справка: Южнокурильский рыбопромысловый район - один из самых крупных и богатых в мире. А Япония и Россия - крупнейшие в мире рыболовные нации. И около трети их общего улова добывается у Курил…»
«В случае передачи островов Японии экономика России понесет ежегодные потери в $2 миллиарда только по морепродуктам…»
Когда мы прибыли на очередной остров, я направился в штаб погранотряда. Его командир вдруг сказал:
- Слушай, полковник, греб бы ты отсюда со своей шайкой. Вот шифрограмма: «Никаких контактов с журналистами». Понял?
Выслав нас, он уже вскоре расшаркивался перед группой итальянских журналистов…
К тому времени я уже знал, что японцы ведут на Курилах активную агентурную работу, чтобы сформировать мнение о необходимости возврата островов. И наши источники сообщали, что эти усилия увенчались успехом: на островах действовала целая «колонна» российских граждан, за вознаграждение (деньги, шхуны, машины) ведущих пропаганду в пользу возвращения Курил Японии.
...Южно-Курильск напоминал мне полузаброшенный зековский городок на Колыме. Таким он показался серым и суровым. В городе шла острая борьба между противниками и сторонниками сдачи Курил...
Уже в сумерках в местный порт пришел траулер. Я спросил у рыбаков, что они будут делать, если Ельцин все же отдаст острова.
- Как что? - удивился один из них. - Буду воевать.
А другой старый шкипер сказал витиевато:
- Боюсь, в Японию полетит президент Ельцин, а назад вернется лишь Борис Николаевич…
ВМЕСТО ЭПИЛОГА
Возвратившись с островов, я доложил Дубынину о поездке, передал ему кассеты, статьи, фотоснимки, обращения граждан. Начальник Генштаба все это пускал в ход на консультациях в Верховном Совете, в правительстве, МИДе. Однажды я спросил Виктора Петровича, как завершилась вся эта схватка. Он посмотрел на меня смертельно уставшими глазами и ответил скупо:
- Статус-кво…
А через неделю Кремль сообщил об отмене визита Ельцина в Японию. Хотя в Токио уже были переброшены президентские «ЗИЛы»…
То была победа. И было радостно сознавать, что к ней имел отношение и я, скромный полковник…
М1: О чем в статье не говорится, контроль минимум над двумя островами гарантирует России свободный выход флота и скрытный - АПЛ - в океан.
